Жили да были папка-большой, мамка-маленька, дочери Манька и Наська, да Вувуська. Первые четыре – человеческой наружности, а пятый наружности кошачьей: спина широкая, хвост толстый, лапы мясистые; другие кошачьи принадлежности также наличествовали. Телом Вувуська велик, характером – пакостник, шубу носит рыжую. Лежит Вувуська целыми неделями: то на одном боку, то на другом, то на диване, то на ковре, то на чьем-нибудь теплом организме. Разляжется, бывало, во все стороны: как хочешь, так и ходи: - Вувуська, милый, подберись чуток, а то запинаемся, - просит мамка-маленька. А Вувуська ей и отвечает: - Я тебе, мать, не Вувуська, а Вувусий Великий! – и еще пуще расчепыривается. - А ну подвинься! – прикрикнет папка-большой. А Вувуське не страшно, он и папке дерзит: - Я тута первым лег, а у тебя вон еще, гляди, уголок свободный имеется, в ём и валяйся. Батю-то еще боится сколько-то, а баб вовсе не уважает: и мамку-маленьку, и Маньку, и Наську за ноги хватает, за косы дергает, пл...
Комментарии
Отправить комментарий