О вторых гастролях "Коляда-театра" и "ЦСД" в Ижевске.

         МОЕ ТЕПЛО, ТВОЕ ТЕПЛО.

Во второй раз театр из Екатеринбурга приезжает в Ижевск. Спектакли «Коляда-театра» для ижевской публики – открытие, шок, удивление и вместе с тем узнавание чего-то родного, очень близкого. Разные отклики сопровождают его постановки, восторженные и противоречивые. Ясно одно: спектакли Николая Коляды и его учеников выводят из состояния покоя и застоя, переворачивают мысли и чувства, ворошат память, пробуждают к жизни, вызывая то бурное неодобрение, то глубочайшее сопереживание. Они напоминают о том, о чем иногда не хочется думать: что есть смерть, есть боль, унижение, старость, заброшенность, что есть уродливые, неприветливые стороны жизни. Но также есть и нежность, вера, любовь, отрада. 

«БОЛЬШАЯ СОВЕТСКАЯ ЭНЦИКЛОПЕДИЯ»

События происходят в маленькой потрепанной и замусоренной квартирке – тяжелое наследие советского режима. Это «Двенадцать стульев» эпохи 90-х гг., погоня за сокровищами страны советов. Как Остап и Киса прощались с царской Россией, пытаясь заграбастать ее последние богатства, так и герои нашего времени пытаются отнять сокровища умершей бабушки, которая, хохоча, завещала внучке перед смертью прочитать все тома советской энциклопедии. Именно там – в одной из них, все ответы, все разгадки и все бриллианты.

Тома энциклопедии стеной выстроились вдоль сцены. Скрипучая кровать с панцирной сеткой – в центре, налево – балкон и туалет, направо – еще одна комната, скрыта за занавеской. Вот и все убранство этого мира. Здесь вас встречает в засаленном лоскутном халате, очках с толстыми стеклами, колготках с растянутыми коленками – Вера (Алиса Кравцова), блаженная дурочка. Другие два героя, наследница Вика и квартирант Артем (Василиса Маковцева и Антон Бутаков) – лощеные, красивые, холеные, но пустые. А Вера переполнена: историями, песнями, мечтами, воспоминаниями, житейскими мудростями, тайнами. Хранительница сокровищ, энциклопедия житейских мудростей, колдунья, провидица. Она знает все о мире живых и о том, другом, загробном мире, который видит, куда она провожает людей. Стоит лишь зажечь спичку – и он предстанет перед тобой, как кинофильм. 

В погоне за сокровищами нужно пройти через нее – как через загадки Сфинкса. Вера так просто не пустит: садись и слушай ее, терпи и делай, как она скажет, если хочешь получить сокровища. Она говорит-говорит-заговаривает, танцует, ворожит, сторожит – с топором в руках защищает сокровища ушедших времен. От них остались только тома энциклопедий-циклопедий: они как одноглазое чудище из еще более древнего мира. Каждой эпохе свои мифы, свои циклопы и сфинксы. Здесь, в маленькой старой потрепанной квартирке сошлись времена и пространства, и Вера об этом знает, Вера знает все. Но не потому, что юродивая – наоборот: станешь юродивой, как узнаешь все это.

Как говорил другой охотник за богатствами, запрятанными в стульях: заграница - это миф. Нет никаких сокровищ, все обман и сон. Все портится, кроме спичек. Хотя и те недолговечны: вспыхнут и прогорят за пару секунд. Погаснут – и нет тепла, нет огня и света. А где он? Где тот самый верный единственный путь к любви и счастью? Есть прошлое – воспоминания о красивых обоях в цветочках, будущее – мечты о красивой богатой жизни, и настоящее – старая квартира, борщовые помидоры, надоевший быт, пустота. Содрали со стен обои с цветочками – и ничего не осталось, ушло детство золотое. 

Вера всех заколдовала, из всех вытащила жилы, растормошила душу, и наградила, наконец, тех, кого мучила. Вот только не те ли это сокровища, которые обращаются в черепки, стоит к ним прикоснуться? 

 «НЕЖНОСТЬ»

Встретились двое в грязной электричке, Он и Она, Коля и Наташа (Тамара Зимина и Сергей Федоров): бывшие одноклассники, сто лет прошло, как не виделись.

Она безвкусно одетая: расфуфыренная, как кукла, в короткой юбке и девчачьей кофточке, в красной шапочке и с рюкзаком, набитым игрушками. «Вся такая воздушная, к поцелуям зовущая». Он в форме защитного цвета, грубый, нервный. Две крайности, нежность и антинежность. Вокруг них ходит по сцене харизматический квартет – двое парней и две девушки с выбитыми зубами, в раздражающих глаза ярко-оранжевых жилетах. Устраивая вакханалии, они как будто издеваются над героиней: на! Посмотри! Нет на свете нежности. А Она все равно верит.     

Все ее чистые платочки, бантики, куколки, все ее романтические воспоминания – как розовая пелена перед глазами, а за ней – реальность, грязь. В финальной сцене Он, один из несостоявшихся принцев, обливает Ее водой, как будто помоями, забрасывает мусором, объясняя – какая Она дура. Как ребенок, Она стоит, сжавшись в комок, пряча  лицо в ладони. И после этого кажется – всё! Теперь-то уж точно все для нее кончено. Но нет, не в этом для героини закон жизни, а в том, что и после того, как растоптали – повторять снова и снова, настойчиво и преданно, молитву о нежности.

 «БАБА ШАНЕЛЬ»

Славная пятерка артисток – ансамбль народной песни «Наитие». Сидят за длинным столом, под красными полотнами с поздравительными надписями, сами – как красные флаги, в сарафанах и кокошниках с золотой вышивкой, а рядом – огромный бюст Ленина, слишком тяжелый, чтобы его можно было вынести отсюда. Пусть стоит, может, пригодится еще, может вернуться старые времена – у нас все возможно. Льются напитки и застольные речи, то добрые пожелания, то ругань да брань. Русский праздник - он такой, незаметно переходит в панихиду. Они, артистки, тут среди осколков прошлого, сами, как осколки.

На их место скоро придет Баба Шанель: та, что моложе, смелее, краше. Придет, чтобы прогнать старое и отжившее. И с ней надо смириться, перестать быть наивными. Нужно встретить ее с песней! Она войдет –  а мы поем, танцуем, мы готовы и не боимся, что вместо нас придут другие, что нас заменят. Баба Шанель там, за дверью, гремит ключами, торопит уходить.

Дайте ж нам спеть напоследок! Песни - это все, что у нас осталось. А когда снимем красные сарафаны и кокошники с золотыми узорами – что от нас останется! Старость, слабость, одиночество. И все пойдет, как раньше – скучно, прозаично. Без Ахматовой, без Цветаевой. А хочется, чтоб красиво было! Чтоб всегда стол шикарный (как на новый год), чтоб стоять на сцене и петь, и чтоб тебе все аплодировали. Ведь не так уж и много мы просим, оставьте нам хоть эту малость.  

«ДЕВУШКИ В ЛЮБВИ»

Воспитанники Николая Коляды подхватывают одну из его главных тем: неустанный поиск счастья и любви при незнании того, что это такое – любовь, счастье. Не научили, не показали, вот и приходится девушкам искать вслепую, на ощупь, на страницах глянцевых журналов, в кино и в своих фантазиях, снах. Мы будем с ним любить друг друга, как рок-звезды; мы проживем вместе до старости и умрем в один день; мы поедем с ним на крутой машине в Голливуд и встретим там кинозвезд. Только почему-то даже у фантазий нет счастливого финала, даже сны оканчивается трагически: он погибает, стреляет себе в голову, бросает и уходит к другой. Happy end – это тоже миф, а реальная жизнь оборачивается нескончаемым пьяным угаром. Девушки мечтают о прекрасном (в том виде, в каком имеют о нем понятие), а живут так: среди старых тряпок, рваной бумаги и мусорных пакетов, валяющихся под ногами; мечутся, пьют, ругаются, дерутся. Молодые не учатся на ошибках старших, как те не учились у тех, кто был до них.

Смотришь на все это и хочется взмолиться перед силами, которые управляют жизнью: смилуйтесь, дайте хоть немного из того, чего так хочется! Дайте каплю нежности, горсть счастья, частицу богатства, день молодости! Но неумолимы силы и беспощадны.    

Все герои Николая Коляды ищут утешение: Вера – в фантазиях о неземном рае, который непременно ее ожидает. Это ее молитва. В мечтах о настоящей нежности живет Наташа – все бегает к кабинете машиниста, чтоб посмотреть, не ее ли это принц в таким приятным голосом ведет поезд. В своих песнях находит утешение ансамбль «Наитие», в песнях и друг в друге.

И все вместе они служат утешением нам, сидящим в зале.

Так ощутил ли Ижевск эту будоражащую волну тепла и света?